Словообразовательные трансформации при переводе текстов

Вопрос о словообразовательных трансформациях в лингвистике рассматривается, в основном, применительно к переводам научных и общественно - политических текстов. Это связано, прежде всего, с тем, что в большей степени новообразования присущи именно перечисленным стилям (например, различного рода неологизмы). При этом особенностям словообразовательных трансформаций при художественном переводе уделено незначительное внимание. И в данном параграфе мы попытаемся обобщить те немногочисленные исследования, в которых отражена проблема словообразовательных трансформаций. 

Так, словообразовательные суффиксы в разных языках далеко не всегда совпадают по своему значению и по употреблению. В каждом языке имеются суффиксы чрезвычайно продуктивные, например, суффикс существительного -er. При помощи -er можно образовывать существительное, выражающее агент действия, фактически от любого глагола. <…> Поэтому при переводе слов, образованных при помощи суффикса -er, часто приходится пользоваться глаголами [Левицкая Т.Р., Фитерман А.М., 1973, с.93]:

That branch of the family had been reckless marriers. (C.A.Porter. Ship of Fools).

В этой семье мужчины всегда женились опрометчиво.

Замена английского отглагольного существительного, образованного с помощью -er, на русскую личную форму глагола является закономерной и обычной [Бархударов Л.С., с.196]. Еще примеры:

Oh, I’m no dancer, but I like watching her dance. (G.Greene. The Quiet American).
А я ведь не танцую, я только люблю смотреть как она танцует.

I’m quite a heavy smoker, for one thing… (J.Salinger. The Catcher in the Rye).
Во-первых, я курю как паровоз…

I’m a very rapid packer. (J.Salinger. The Catcher in the Rye).
Я очень быстро укладываюсь.

Ввиду того, что удельный вес аффиксальных образований в английском языке значительно выше, нежели в русском [Каращук П.М., с. 36], при переводе не всегда возможно использовать русский аналог английского аффикса, а это ведет к введению дополнительных лексем в текст (например, при переводе словоформ с суффиксом -able). Суффикс -able является очень продуктивным и образует, в основном, прилагательные от глаголов. В нем обычно присутствует модальное значение, поэтому для его перевода часто добавляются такие модальные слова, как возможно, невозможно, нельзя и др.:

The sea was rough and unswimmable.
Море было бурное, и плыть было невозможно.

Следует отметить, что вышесказанное не относится к заимствованным французским прилагательным, образованным при помощи этого суффикса, например, admirable, irreparable и т.п. 

При художественном переводе следует учитывать не только словообразовательные особенности английского языка, но и богатство стилистических ресурсов словообразовательного уровня русского языка по сравнению с английским [Мизецкая В.Я., с.141]. На данный факт следует обращать особое внимание при переводе эмоционально-экспрессивных конструкций, которые свойственны художественному тексту. Так, наличие большого числа разнообразных оценочных суффиксов, используемых в русском языке, – уменьшительных, ласкательных, уничижительных, – позволяет переводчику точнее отразить отношение говорящего к предмету речи. Например:

This is a fool of place. (B.Shaw. Augustus Does His Bit).
Господи, что за гнусный городишко!

Переводческая инициатива здесь проявляется не только в воде экспрессивного восклицания господи, усилительной конструкцией что за…, восклицательного знака, усиливающего интонацию негодования. Экспрессия повышается также за счет использования существительного с уничижительным суффиксом -ишк-, в то время как в первоисточнике имеет место использование только одного слова с отрицательной оценкой – fool

Активно используются словообразовательные трансформации при переводе английских новообразований, свойственных, прежде всего, художественным произведениям фантастического характера, пародиям, каламбурам, перефразам и т.д. Данным жанрам особенно характерно авторское словотворчество, т.е. изобилие окказиональной лексики и окказионально преобразованной фразеологии [Любченко Т.Н., с.89]. 

Например, в переводе романа А.Азимова Сами боги (I.Asimov. The Gods Themselves), выполненном И.Гуровой, для передачи окказионализмов использовались трансформации рассматриваемого типа:

He wasn’t a bad left-ling <…>. He was a right-ling to her, but a Parental to the children and the latter took precendance anyway <…>. No. No mid-lings either. Just Hard-ones of one kind.

Как левник, он вовсе не так уж плох <…>. Для нее-то он, конечно, правник, но ведь он еще и пестун, и поэтому дети заслоняют от него все остальное <…>. Нет. Серединок у нас тоже нет. Только Жесткие – и все одинаковые.

Left-ling левник и right-ling правник переводятся с помощью переводческих окказионализмов. При этом И.Гурова учитывает словообразовательные особенности русского языка: суффикс -икпередает значение деятеля. Левник – это рационально осмысливающий возникающие проблемы и решающий их. Правник – это пестун; его задача – воспитывать потомство. Окказионализм a mid-ling воспроизведен нейтральным словом серединка, в котором использован уменьшительно – ласкательный суффикс –к, ведь серединка воплощает в себе женское начало семьи (это подчеркивает и флексия -а). 

В плане особенностей передачи окказионализмов в каламбурах и пародиях рассмотрим перевод стихотворения Льюиса Кэрролла Jabberwocky (Алиса в Зазеркалье). В плане языка Jabberwocky выделяется из всех стихотворений Льюиса Кэрролла тем, что почти целиком построено на придуманных словах, которым можно придать любые значения. Поэтому содержание остается туманным, действующие лица – абстрактными… [Задорнова В.Я., с.106].

Существует по крайней мере четыре перевода Jabberwocky на русский язык: Т.Л.Щепкиной - Куперник, Д.Г.Орловской, А.Щербакова и Вл.Орла. Остановимся на первых двух.

‘Twas brilling, and the slithy toves
Did gyre and gimble in the wabe;
All mimsy were the borogoves,
And the mome raths outgrabe.

Было супно. Кругтелся,
Винтясь по земле,
Склипких козей царапистый рой.
Тихо мисиков стайка грустела во мгле,
Зеленавки хрющали порой…
(Т.Щепкина - Куперник)
Варкалось.
Хливкие шорьки
Пырялись по наве,
И хрюкотали зелюки
Как мюмзики в мове…
(Д.Орловская)

Щепкина - Куперник, как правило, образует слова по типу слов-бумажников (винтиться = винтить + крутиться; склипкий = скользкий + липкий; хрющать = хрюкать + пищать), либо слегка видоизменяя существительные слова: неукротно (неуротимо), глубейший (глубочайший), раздыраться (раздираться).

Орловская в своем переводе первой строфы следует объяснениям Шалтая - Болтая: brillingваркалось (восемь часов вечера, когда пора готовить ужин); slityхливкие = хлипкие и ловие; toves шорьки = помесь хорька, барсука и штопора; gyreпыряться = прыгать, нырять, вертеться; wabe нава = трава под солнечными часами; зелюки = зеленые индюки; мюмзики = птицы и др. Далее она использует и слова-бумажники (храброславленный = храбрый + прославленный; глущоба = глушь + чащоба и т.п.).

Таким образом, словообразовательные трансформации хотя и менее распространены при художественном переводе (по сравнению с переводом научных, общественно - политических текстов), но все-таки занимают важное место при стремлении к адекватному переводу.