Свадьбы Ульяновской области

Деревню Максимовку Ульяновской области населяют ныне чалдоны — старожилы, украинцы, немцы и брянские переселенцы из Сурожского района, пограничного с Белоруссией. Но получилось так, что только самые старые жители из ранних переселенцев могли подпевать приехавшей родне на свадьбах. И сам свадебный обряд тоже принял ряд заимствований от старожильческих и украинских групп: например, на второй день свадьбы ко многим приходил «клад» — ряженный, на которого надеты, были вывернутые шубы, рваное тряпьё, а по всем карманам и углублениям насыпаны мелкие деньги. Такой «клад» надо было изрядно потрясти, чтобы заполучить.

Молодые почти всегда были знакомы до свадьбы: на вечёрках зимой играли вместе, летом хороводились. О своём выборе парень говорил родителям, и тогда засылали сватов. Сватать у брянских шли батька, дядька, братья и товарищ. Стучались в дверь, ходили:

— Здравствуйте, люди добрые. Мы тут тёлочку потеряли, ищем. Ти не к вам она забежала? Ти можно к вам хлеб на стол покласть?

Если родители невесты соглашались, то разрешали положить хлеб и пройти за стол. Как высватали — назначают день заручин, где ближайшие родственники жениха и невесты «пропивают» невесту.

После заручин (часто в Сибири их уже не устраивали), начиналась предсвадебная неделя. Невеста собирает девок-подружек, и даже совсем небольших девочек приглашает, если они искусны в рукоделиях. Неделю шьют, вяжут, ткут, вышивают, песни поют.

В субботу девки ближе к вечеру собираются к жениху с подарками: несут бельё, рубашку, веник берёзовый, украшенный лентами — жениха парить. Всё это ему приходится выкупать, правда за символическую цену. Мать жениха приглашает девок за стол, угощает. Будущей свекрови тоже приносят подарки: фартук, платок, наквашонку (вышитый кусок ткани, которым прикрывают тесто в квашне).

Посидят в гостях у жениха — и идут к невесте на девичник.

Невеста плачет, но без причитаний. Подружки, которые со дня просватанья называются «подневестницы», ведут её в баню мыться, «девичью волю» смывать. Моют тем мылом, что подарил жених.

Важнейшим свадебным обрядом было изготовление и украшение каравая. Пекли его, как правило, вечером в субботу или утром в воскресенье женщины-соседки и родственницы невесты, перед тем, как вынуть из печи, стучали по ней ухватом. Для украшения каравая заранее готовили верхушку ёлки (само название свадебного деревца у брянских было «елец») высотой около 40 см., очищали её от коры, переворачивали вершиной вниз и навязывали ленточки, цветы, на комель клали красный платок. Такой «елец» втыкали в центр каравая, уже вынутого из печи и остывшего.

Подневестницы в это время наряжали невесту во всё новое. Волосы расчёсывали, перевивали лентой. На голову надевали красивый красный платок, сверху — венок из цветов, чаще всего искусственных. Готовили и косу изо льна на продажу жениху, всю её украшали лентами.

У жениха дома в это время собирался свадебный поезд: дружко, поджанишник, дядья, тётки, братья. Всю дорогу поезжане обязательно пели песни Появляется поезд. Жених с поезжанами входят в дом, его встречает тёща с хлебом-солью, за накрытыми столами сидит невеста в окружении подруг, перед ней на столе — льняная коса. Косу эту по традиции надо выкупить — сколько запросят. Продаёт её у брянских белорусов младшая сестра, у украинцев — брат, или — подневестницы. Выкупают потом место рядом с невестой.

Иной жених побойчее через стол или под стол — и к невесте.

За столы садятся жениховы родственники, угощаются и собираются ехать к венцу. Мать девушки с иконой встаёт у порога — благословить молодых. Дорогу перекрывают односельчане: ставят хлеб-соль и заставляют выкупать угощением, стреляют из ружья в небо, требуя «оплатить» проезд. На дворе у дома жениха под песню молодых встречает хлебом новоиспечённая свекроввь.

Все гости входят, рассаживаются за столы, начинается свадебный пир в доме жениха.

После того, как гости выпьют по второй рюмке, начинается «дарованье»: сначала молодая одаривает близких и родных.

После этого дарят молодожёнов — кто деньгами, кто скотом, тканью, хозяйственными принадлежностями. Дружко в это время режет свадебный каравай, наделяя каждого дарующего куском. Перед тем, как «порушить» украшенный хлеб, его «величают».

До позднего вечера идёт гулянье, молодые за столом у брянских тоже ели, — потом невесту начинают «разряжать»: снимают с головы венок, отдают младшей сестре жениха или подневестнице-свидетельнице, которая тоже присутствует на пиру у жениха. Волосы разбирают на две части, заплетают в косы, укладывают венком на голове и повязывают платок узлом под подбородок. Во время совершения окручивания снова поют.

Вскоре после этого молодых уводят спать, в скором времени постепенно расходятся и гости.

тром они вновь спешат в дом жениха на молодухины блины. Раньше такие блины должна была печь с утра сама молодка, но чаще всего ей помогали свекровь, золовки, а то и вовсе обходились без неё.

Гости за каждый блин платили, а затем обсмеивали молодую: кто в середине дырку прокусит и говорит, что у неё все блины рванные, кто золы насыплет и хохочет, что она замарашка. Обижаться на такие насмешки не полагалось.

Ехали с угощением к «сватам» — родителям невесты — поздравлять с хорошей дочерью, — если та была «честной».

Весь понедельник продолжалась свадьба: то устраивали молодым шуточные испытания: например, насыпали на полу мусор вперемешку с деньгами — невеста должна мусор вымести, а деньги собирать в подол, а гуленцы ещё снизу по подолу стукнут — и всё начинай сначала. Испытывали и жениха: вгоняли в чурку молотком серебряный рубль — вытаскивай зубами! Или бумажные деньги по углам, на потолок налепят — доставай!

Мало кто из гуляк успокаивался и на третий день; с утра шли к невесте — лавки мыть, — опять же требовали угощения. Потом отправлялись по дворам тех, кто гулял первые два дня, требовали с них кур и в случае отказа грозились передушить всех, кого поймают. Собранных птиц несли молодой, одну рубили на куриную лапшу и опять гуляли.