Дольмены: наука и туризм

Пять лет в долине реки Жанэ работает археологическая экспедиция Института истории материальной культуры Российской академии наук (Санкт-Петербург). За это время проведена огромная исследовательская работа, результаты которой частично опубликованы в книге «Дольмены. Современники древних цивилизаций». Этот прекрасно иллюстрированный коллективный труд авторитетных ученых позволяет не только приоткрыть завесу таинственности над древней историей Западного Кавказа, но и лучше понять: кто мы такие и откуда. Книга издана в 2001 году по заказу Комитета по охране, реставрации и эксплуатации историко-культурных ценностей (наследия) Краснодарского края. Она современна и очень интересна, доступна даже для неподготовленного читателя. Единственное, что вызывает досаду, - очень небольшой тираж. Один из авторов сборника – начальник Западно-Кавказской археологической экспедиции ИИМК РАН Виктор Анатольевич Трифонов – в гостях у редакции газеты «Прибой».

  - Виктор Анатольевич, давайте наш разговор начнем с того, как начинался ваш  путь в археологию?

Как и у многих, все началось с хороших книг в детстве. Затем исторический факультет Ленинградского государственного университета, где я учился на кафедре археологии, потом аспирантура ИИМК РАН. Я родился и вырос в Ленинграде, но Кавказ люблю с детства, с первых поездок с родителями к Черному морю. Позднее я увидел и «некурортный» Кавказ. Два года службы в ВДВ Закавказского ВО только укрепили мой интерес к этому удивительному краю. Это уже потом были многочисленные экспедиции и командировки. Я ведь занимаюсь не только дольменами, область моих научных интересов значительно шире – археология Кавказа в эпоху бронзы. В 1984 году защитил кандидатскую диссертацию, работал во многих археологических экспедициях, в том числе за рубежом, где познакомился с современной методикой исследования мегалитических памятников. В 1994 –95 годах преподавал в Саутгемптском (Великобритания) и Калифорнийском (США) университетах. Сейчас работаю старшим научным сотрудником в ИИМК РАН (Санкт-Петербург).

Я прочитала ваши статьи, и у меня первым возник вопрос: если возраст дольменов около 5000 лет, то почему так поздно появился к ним интерес? Ведь их изучают менее 200 лет.

Это очень легко объяснить. До начала XIX века на Кавказе просто не было подготовленных людей, которые могли бы оценить древность этих памятников, а, главное, увидеть в них местное проявление универсального мирового явления – культового мегалитического строительства. Неудивительно, что первыми, кто открыл это, были иностранцы - выходцы из Западной Европы, где интерес к изучению мегалитов проявился еще в XV веке...

Вы пишете, что дольмены открыты на всех континентах, где есть камень и постоянно живут люди, за исключением Австралии. Есть ли научное объяснение этому факту?

Пока только одно. Мегалиты и, в частности, дольмены могут спонтанно возникать везде и в любое время, если в патриархальном обществе возникает необходимость в зримом  воплощении сакральности власти, вечности рода и родо-племенных прав на землю предков. На Мадагаскаре, например, дольмены, очень похожие на кавказские, строили еще в XIX веке, но и в голову никому сейчас не придет серьезно говорить о какой-либо исторической связи между ними. ..Чтобы решить проблему происхождения дольменов на Кавказе, археологам предстоит ответить на более важный вопрос: как возникла и почему, спустя почти полторы тысячи лет, исчезла эта грандиозная культура, оставившая нам в наследие тысячи дольменов на огромной территории Западного Кавказа? Находясь на периферии древнего цивилизованного мира, эта культура, тем не менее, составляла его неотъемлемую часть. Какую именно, мы и пытаемся сегодня выяснить.

В книге я заметила разнообразие терминов: мегалит, дольмен, склеп, гробница, культовое сооружение. Какой из них наиболее точен?

В разной степени они все верны. Родовой склеп, видимо, самое подходящее название, так как первоначальная функция была все-таки погребальная. Названия, которым пользовались люди, построившие эти склепы, мы не знаем, поэтому и пользуемся условной терминологией, введенной в науку еще в середине XIX века.

Что обычно археологи находят во время раскопок дольменов?

Человеческие останки и погребальный инвентарь, то есть те предметы, в которых нуждался умерший согласно обрядам и представлениям о его потустороннем существовании. Этот набор чаще всего невелик и включает простые амулеты и украшения, а также глиняную посуду для напутственной пищи и напитков. Несмотря на внешнюю простоту этого инвентаря, он помог сделать археологам важный вывод о единстве культуры на всей территории распространения кавказских дольменов.

И что испытываете вы, когда в процессе раскопок находите предмет, некогда принадлежавший древним людям?

Волнение, конечно. Каждый из них, даже самый невзрачный на первый взгляд, может стать ключом к вопросу, ответ на который ищешь годами...И если этого не происходит сразу,  утешает мысль, что позднее, когда этих находок станет больше, ты или твой более смышленый коллега ответ все-таки найдёт. Терпение – профессиональная черта археологов. Исследование дольменов – не исключение. Наши главные находки в витрину музея не положишь. Те, кто видел дольмены в долине Жанэ до начала археологических работ и после, подтвердят это.

Многие дольмены окружены насыпями, некоторые - стенами. В чем назначение этих искусственных сооружений?

Дольмены далеко не примитивные сооружения, а их строители и, не побоюсь этого слова, проектировщики, вероятно, были профессионалами почти в современном смысле этого слова. Последовательность и характер многих технологических операций по сооружению дольменов нам уже ясны сейчас. Здесь много изобретательности и сноровки и никакой мистики. Для людей, использовавших стандартные меры длины, предварительную разметку, водяной уровень, бронзовые инструменты и абразивы, рычаги, катки, тягловых животных и многое другое, из того, что можно было встретить в карьерах еще100-200 лет назад, – постройка дольменов была вопросом времени и организации. Чем могущественнее заказчик, тем величественнее была постройка. По стандартам того времени, например, дольменная группа в долине Жанэ была сооружена, видимо,  для рода племенного вождя или, как сказали бы в XIX веке, была княжеской усыпальницей. Здесь все обязательные архитектурные и строительные элементы дольмена – погребальная камера, контрфорсы, насыпь, двор и разделяющая их стена -  составляют неразрывное целое, демонстрируя их функциональную взаимосвязь.

Виктор Анатольевич, чем объясняется, что дольмены, как никакой другой памятник, так быстро «обросли» легендами и мифами?

Мифотворчество – врожденная черта человеческой культуры, один из способов освоения человеком окружающего его мира. Мифы создавались всегда. И в советский период, и сегодня тоже. Мифы придают жизни иллюзорный смысл и комфорт, если хотите. Долгое время дольмены оставались вне сферы какой-либо культуры и только почти 200 лет назад, после прихода русских на Кавказ, они парадоксальным образом стали на наших глазах компонентом мифологизированного сюжета  русской культуры вместе с какой-то Анастасией и ее бабушкой, 10000 лет назад якобы погребенной в дольмене... Случайный сюжет, растиражированный в малограмотных публикациях, прижился в поврежденном общественном сознании, материально воплощаясь в толпах самоспасающихся пилигримов, стекающихся со всей страны на поклон новым святыням...

Тогда такой вопрос: что дает современному человеку изучение дольменов?

-  Думаю, что в практическом плане – ничего. Археология относится к фундаментальным гуманитарным дисциплинам, то есть к той части науки, которая исследует основные закономерности развития человеческой культуры. Чтобы понять, как трудно разобраться в этих закономерностях, приведу банальный пример. Вместе с вами мы стали свидетелями потрясающей катастрофы с глобальными последствиями – на наших глазах рухнула цивилизация нового типа – Советский Союз. По археологическим меркам это был, конечно, скоротечный феномен – менее 100 лет, но со всеми атрибутами настоящей суперкультуры. Нравится это кому-то или нет, но был даже особый тип народа - советский народ. Если бы мне, как археологу, довелось в отдаленном будущем «копать» памятники этого катастрофического периода, я бы не без колебаний склонился  к выводу, что, судя по материальным свидетельствам, советский народ и связанная с ним культура исчезли, уступив жизненное пространство "крещенным" туркам и китайцам...

По каким признакам вы бы сделали такие выводы?

Смотрите сами: чьи упаковки на помойках, товары в магазинах, что носим, в чем ходим...

У меня тульский самовар есть.

Обломок прежней цивилизации. Так и должно быть после катастрофы. А вот народ, вроде, исчез... Парадокс в том, что советский народ действительно почти исчез или, похоже, исчезает, а вот люди, мы с вами, остаются… Если так непросто с современной культурой, можете себе представить, как сложно открыть закономерности в развитии культур, исчезнувших 5000 лет назад. Как они возникли, почему исчезли и что стало с людьми, которые некогда к этим культурам принадлежали… Здесь, выходит, уже нет и разницы между современными и древними культурами. Вот вам и прикладная ценность археологии, если, конечно, пренебречь гуманитарными ценностями, которые археологи возвращают из небытия...

Вы уже несколько лет работаете над осуществлением научной программы по изучению дольменов. Расскажите, пожалуйста, о ней.

Эта программа под общим названием «Дольмены Западного Кавказа в культурном, социальном и экологическом контекстах» была разработана в 1995 году. Она предполагает решение ряда академических и прикладных задач, в том числе создание атласа кавказских дольменов, как необходимое условие обеспечения их сохранности.

Создание археологического парка в долине Жанэ является частью этой программы?

Совершенно верно. Мне уже приходилось неоднократно писать, что дольмены сегодня превращаются в компонент массовой культуры, объект экскурсионного бизнеса. Только через долину Жанэ в летний период проходит около 2000 экскурсантов ежедневно! У этого процесса есть очевидные положительные и негативные стороны.  Именно для того, чтобы свести к минимуму негативные процессы,  необходимо создание в долине Жанэ природно-археологического заповедника, а в его пределах - археологического парка. Режим заповедника обеспечит сохранность природно-исторического ландшафта, а археологический парк позволит представить публике уникальные памятники долины. Если взглянуть на дело шире, чем это пока принято, на мой взгляд, создание в Геленджикском районе археологического парка должно рассматриваться как компонент перспективного развития курорта. Вне всякого сомнения, в конечном итоге это прямо и косвенно благоприятно скажется на экономическом развитии района. Практика эксплуатации подобных парков за рубежом только подтверждает это. Знаю из собственного опыта. Календари и минеральную воду с фотографиями раскопанных и восстановленных дольменов долины Жанэ продают на каждом углу уже сейчас...

Археологических парков в России пока нет нигде, и значение  ведущихся работ по его созданию хорошо понимают в Академии наук, Министерстве культуры, Комитете по охране историко-культурных ценностей Краснодарского края, зарубежных фондах, финансирующих работы. Президентский фонд, выделивший нам средства на продолжение работ в 2001 году, прямо назвал этот проект работой общенационального значения. Я думаю, именно таким он и является на самом деле.

Виктор Анатольевич, большое спасибо за интересную беседу.

Лидия Шумская.
Источник: газета "Прибой" от 13 ноября 2001 номер 129