Дракон - хранитель сокровищ

Представление о драконах как хранителях сокровищ, вероятно, также берёт начало в представлении о драконе — владыке вод, жизненной, порождающей силы. Впоследствии это представление, как уже было сказано, трансформировалось в миф о драконе — похитителе этой самой силы, воплощённой в жёнах богов, священных коровах, божественном напитке или каком-нибудь священном предмете. Этот миф, в свою очередь, превратился в миф о драконе — хранителе бессмертия либо знания, предварительно им похищенного или доверенного ему на хранение кем-то из богов. И на последней стадии эти символические сокровища превращаются в обыкновенные клады, как правило, уже не имеющие сакрального значения.

Что касается охраняемого бессмертия, тут можно вспомнить дракона, сторожащего золотые яблоки в саду Гесперид, дракона — стража при Золотом Руне, многочисленных змеев, обвившихся вокруг ствола Древа Жизни (каковые змеи имеются в мифах многих народов).

Что же касается знания… Как древнейшее из существ, населяющих этот мир, драконы являются владельцами и хранителями древнейших и сакральнейших знаний. В «Речах Фафнира» («Старшая Эдда») дракон Фафнир раскрывает победиашему его Сигурду некоторые тайные знания, в том числе о том, где произойдёт Последняя Битва. * Позже, когда Сигурд стал поджаривать сердце Фафнира, он обжёгся, дотронувшись до сердца пальцем (хотел проверить, готово ли), и поднёс палец ко рту. Но, когда кровь из сердца дракона попала ему на язык, он начал понимать птичью речь. Говоря словами Элиаде о змеях, «воплощая (среди многого другого) души мёртвых, они знают все тайны, являются источником всей мудрости и могут предвидеть будущее. Поэтому всякий, кто съедает змею, постигает язык животных и особенно птиц (символ, который может также иметь метафизическое значение: доступ к высшей реальности)». (23). А само слово «дракон» часто возводят к греческому глаголу дЭскпмбй, означающего «зреть, глядеть, смотреть» (особ. о быстром, остром зрении).

_________________________
* Предположительно бой с чудовищем и открытие тем тайных знаний входили в обряды инициации.

(23) Элиаде М. Очерки сравнительного религиоведения. С. 166.


Книга Бытия (3, 1) говорит, что «змей был хитрее всех зверей полевых, которых создал Господь Бог» (в греческом тексте — «мудрее все зверей…»). Змей Наставник гностиков связан с деревом Гнозиса; благодаря ему Адам и Ева плотская, поев плодов этого дерева, научились отличать добро от зла и могли отныне противостоять Архонтам.

Грифоны (которые также являются вариацией змеев-драконов*) «олицетворяли Мудрость и Просветление, а золото, которое они стерегли, было, очевидно, золотом Мудрости». (24).

Однако не всем героям сокровище дракона достаётся так уж легко: Беовульфу, например, удаётся стяжать его лишь ценой собственной смерти. Да и клад этот не приносит его обладателям ни счастья, ни иных благ:

…тот клад до скончанья
веков заклятьем
таким заречён был,
что станет смертный,
в грехах погрязнув,
молиться идолам
и, в цепи ада
попав, запятнает
себя пороками
ещё допрежде,
чем ступит на это
место проклятое,
раньше, чем взглянет
на это золото!
(«Беовульф», ст. 3069-3075. )

Часть этого клада отправилась на погребальный костёр Беовульфа, остальное было снова захоронено в холме. Но тот факт, что эти сокровища уже были извлечены на свет, грозит новыми несчастьями: некая старица, причитая над Беовульфом,

песню пела
о том, что страшное
время близится —
смерть, грабежи
и битвы бесславные.
(«Беовульф», ст. 3153-3155. )

_________________________

* «Что касается вариаций змеи-дракона (которые в средневековых бестиариях, когда речь идёт об искусителе из книги Бытия, являются вариациями змеи-дракона-грифона), то они очень древние, и в греческой традиции мы встречаем пару дсбчщн-пцйж, и в древнееврейской традиции — пару tannоn-nвhвsh. В Средние века текстом книги Бытия (3, 14) объясняли даже потерю крыльев и лап, которая преобразила дракона-грифона в змею». Ле Гофф Ж. Другое Средневековье… С. 295.

(Быт. 3, 14: «И сказал Господь Бог змею: За то, что ты сделал это, проклят ты пред всеми скотами и пред всеми зверями полевыми; ты будешь ходить на чреве твоём, и будешь есть прах во все дни жизни твоей». )

(24) Бейли Г. Потерянный язык символов. С. 239.


Да и Фафнир победившему его Сигурду говорит по поводу своего клада:
золото звонкое,
клад огнекрасный,
погубит тебя!
(«Речи Фафнира», строфы 9 и 20. )

Этот клад, впоследствии спрятанный на дне Рейна, и правда, становится причиной многих последующих бед.

Возможно, дело в том, что клад, как всё сакральное (особенно если трактовать его как некое тайное знание), опасен для непосвящённых, для случайных людей, для тех, кто, собственно, не знает даже, как с ним надо обращаться и для чего его можно или нужно использовать.

Позже, когда миф выродились в сказки и рыцарские романы, этот сакральный смысл охраняемых драконом сокровищ потерялся; клад дракона стал просто золотом и драгоценными камнями (которые, впрочем, иногда всё ещё наделялись магической силой). «В Индии полагали, что наги носили в горле и в голове некоторые определённые сверкающие магические камни. Заявление Плиния, что dracontia, или дракониты, — это камни, образующиеся в мозгу (cerebra) драконов, было лишь рациональным объяснением пришедших с Востока верований. Ещё отчётливей рациональность проступает у Филострата, который говорит, что глаза у некоторых драконов — это «ослепительно сверкающие» камни, обладающие магической силой; колдуны, добавляет он, совершив обряды поклонения змеям, отрезают у них головы и достают оттуда драгоценные камни». (25). «Метафизические эмблемы, охранявшиеся змеями, превратились в конкретные предметы, которые находили во лбах, глазах или глотках сторожей». (26).

_________________________

(25) Элиаде М. Очерки сравнительного религиоведения. С. 401.

(26) Там же, с. 402.