Русские судьбы 20 века

Трагические судьбы русской культуры XX века

Квантовая физика и искусство — вот две главные арены, где в XX веке разыгрывается драма разрушения и создания научной и художественной картины мира. Именно все, «реплики» всего, сочетает в себе культура XX века. Это смешение хаоса и космоса, гармонии и дисгармонии.

Образ мира в XX веке творится из каких угодно реалий (истории и быта), из каких угодно мифов, сказок, художественных традиций, стилей и манер. В чем же может состоять трагичность судьбы русской культуры XX века, ее раскол на внутрироссийскую и эмигрантскую? Чем это было вызвано? С этих вопросов хотелось бы начать. Прежде всего, начало XX века отмечено появлением ряда философских работ, авторы которых (С. Булгаков, Н. Бердяев, Е. Трубецкой, В. Вернадский, Л. Шестов и многие другие) стремились осмыслить исторический путь развития и будущность России. Результатом подобных изысканий явился сборник статей о русской интеллигенции «Вехи», который был подготовлен Н. Бердяевым, С. Фрэнком, Л. Шестовым и другими. В изобразительном искусстве существовали с одной стороны, течения, связанные с традициями XIX века (например, реалистическое направление — И. Репин, С. Коровин, Н. Касаткин и другие). В этом же « русле» действовало товарищество передвижных выставок — братья Васнецовы, И. Бродский и другие. С другой — авангардные направления русской живописи этого периода, которые культивировали новые формы. Например, обращение к поискам самобытной национальной красоты — работы М. Нестерова, Н. Рериха. Русский импрессионизм представлен работами В. Серова, К. Коровина и др. Особой популярностью пользовался появившийся на рубеже XIX — XX веков кинематограф. В 1908 году была выпущена первая русская картина «Стенька Разин». В архитектуре получил распространение новый стиль — модерн, со свойственным ему стремлением подчеркнуть функциональное назначение жилых и общественных зданий. Этот стиль предполагал использование фресок, мозаики, витражей, керамики, скульптуры, новых конструкций и материалов.

Поиски нового были характерны и для неорусского стиля, ориентировавшегося на древнерусское и народное искусство. Особенностью этого стиля был контраст между внешним обликом и его назначением. В целом все выглядит, как бы достаточно успешно, но начинают проявляться не только оппозиции в плоскости мировоззрения, но и на уровне внешнего общественного устройства. Проявляется подтекст общественных отношений. Формируется феномен идеологии.

Трагичность судьбы русской культуры XX века, ее раскол на внутрироссийскую и эмигрантскую во многом определили следующие факторы: проблема неграмотности (в 1926 году 43 % людей в возрасте 9—49 лет и большинство старших возрастов были неграмотные), система среднего специального и высшего образования стали развиваться быстрыми, а точнее ускоренными темпами. Вообще «ускорение», как характеристика общественных отношений стало проявляться все чаще.

Развитие советской науки тормозила гнетущая атмосфера тоталитарного государства, особенно сгустившаяся в конце 30-х годов (кстати, нельзя сказать, что такое явление как тоталитарное искусство исчезло, оно существует и по сей день, только сменило свои формы выражения, оказавшись продуктом массовой культуры, оно сменило лозунги на рекламу, а портреты вождей — на фото полуобнаженных красоток). Общественные науки были поставлены под жесткий партийный контроль. Стремление партийного руководства к обеспечению духовного сплочения народа вокруг задач модернизации общества в условиях крайне слабой материальной базы обусловило возрастание идеологического фактора. Одним из направлений пропаганды стало обращение к национальным традициям. В этой связи возрастает роль исторического образования, исторических исследований, которые были ориентированы в нужном направлении.

Еще более трагическая ситуация складывалась в области литературы и искусства. В апреле 1932 года ЦК ВКП (б) принял постановление « О перестройке литературно-художественных организаций», которым ликвидировался относительный глкорализм периода НЭПа в области художественного творчества. На смену многочисленным литературным группировкам пришел единый Союз писателей СССР (1-й Всесоюзный съезд советских писателей состоялся в 1934 году). С этого времени все многоцветье художественного творчества партия пытается загнать в лоно «социалистического реализма» Репрессии 30-х годов затронули и литераторов, прежде всего рапповских идеологов (л. Авербаха, В. Киршона, Г. Горбачева и др.), из более чем пятидесяти писателей принадлежавших к литературным группировкам, сохранившимся к 30-м годам (акмеисты. Конструктивисты, «Южнорусская школа») были репрессированы трое — Мандельштам, Третьяков, Бабель. А такие писатели как — Клюев, Клычков, Касаткин, Приблудный, Васильев, Карпов — погибли, за исключение последнего.

Подобные действия режима и созданная им атмосфера вызывала волну эмиграции. И как следствие возникновение эмигрантской культуры. Боль и страдание русской культуры эмиграции можно « увидеть» в творческом пути Солженицына, Хлебникова, Гранина, физика Гамова, философов Булгакова, Бердяева, Трубецкова и др. В рамках же господствующего течения «соцреализма» создаются произведения другого типа. В литературе, архитектуре, живописи, поэзии такие как «Мастер и Маргарита» Булгакова, «Собачье сердце» его же, стихи Маяковского и Блока, романы и повести Горького, Толстого, Островского, Фадеева, Ильфа и Петрова. Выделяются яркостью произведения многих писателейфантастов, стихи Заболоцкого, Ахматовой, Цветаевой, Гумилева, кинокартины режиссеров Эйзенштейна, Пудовкина, Довженко и др.