Северная Стена

Команда российских альпинистов успешно осуществила сложнейшее восхождение на Эверест по до сих пор не пройденному пути - по центру северной стены.


Игорь Борисенко

Катманду встретил нас теплым пыльным воздухом, пропитанным пряностями. Бесконечные вереницы магазинчиков, узкие улочки, вымощенные камнем. Автомобили, велорикши и мотоциклы, ловко скользящие в пестрой толпе. Людской гомон, велосипедные звонки, звуки клаксонов и вкрадчивый шепот проходящих мимо торговцев: «Гашиш, марихуана…» Старинные пагоды и каменные индуистские храмы теснятся на площадях, тощие коровы слоняются между ними. Разбегаются глаза от изобилия по-европейски оформленных ресторанов. Через несколько дней, ушедших на то, чтобы закупить продукты и всякие экспедиционные мелочи, мы погрузили три с половиной тонны поклажи на небольшой самолет и вылетели в затерянный в горах городок Лукла, расположенный на высоте 2700 метров. Трясясь всем своим алюминиевым телом, эта посудина перебиралась из одной воздушной ямы в другую. Минут через сорок мы очутились в узком каменном ущелье, густо заросшем тропической растительностью. Почти касаясь скал крылом, машина сделала акробатический вираж и приземлилась на узкую полосу аэродрома, которая оказалась не горизонтальной, а поднималась под углом 20-25 градусов и упиралась в скалу. Мы прибыли в страну шерпов, где все ходят пешком, а расстояния меряют не километрами, а днями пути.

Нас обступили низкорослые худенькие носильщики, похожие на школьников средних классов. За пять-семь долларов в день каждый из них берется нести в своей корзине 25-30 килограммов. Многие, чтобы заработать больше, готовы взять двойной груз.

Через полчаса торговли и распределения баулов наш караван двинулся в сторону горы Ама-Даблам, восхождение на которую было запланировано в целях акклиматизации.

Тропа довольно многолюдна и напоминает древний торговый путь. Да она и остается им и в наше время. Через четыре дня, после небольшого селения Панг-Боче, петляя между скал, она привела нас на каменное плато размером с футбольное поле, с которого открылся величественный вид на эту гору - визитную карточку Непала. Восхождение на Ама-Даблам проходило по классическому маршруту и со спортивной точки зрения не представляло для нас особой трудности. Это была проверка готовности команды. Через несколько дней мы спустились в Катманду и после непродолжительного отдыха выехали в Тибет.

Члены команды - о предстоящем восхождении.
Юрий Ермачек: «На высоте ждут холод, особенно сильный в это время года, весной, и штормовые ветра. Они выматывают и физически, и психологически. Будем придерживаться старой тактики: через каждые десять веревок стены - ночевка на платформе. Кислород - начиная с 8000 метров».
Павел Шабалин: «Легких участков не будет. Лезть придется по плитам, скалам - бесснежным, скользким, гладким».
Андрей Мариев: «Основная проблема - выживание на холоде. Не избежать небольшого истощения, и на этом фоне просто будем мерзнуть».
Ильяс Тухватуллин: «Вероятность того, что до вершины дойдет большинство членов команды, минимальна. Это будет двойка или четверка максимум. Если повезет - шестеро».

На границе Непала и Китая - массивная каменная арка с золотыми иероглифами. Прохожу под ней, и вдруг длинная рука пограничника ловко приставляет к моему лбу здоровенный пистолет. Через несколько секунд замешательства понимаю, что это приборчик для измерения температуры тела. Такая проверка предусмотрена пограничной процедурой, чтобы препятствовать распространению инфекций. Выдержав тяжелый пристальный взгляд таможенников в идеально отглаженной форме и получив нужные печати, оказываемся на китайской территории, в приграничном городке Зангму. На улицах открыто меняют валюту и проститутки назойливо приглашают разделить с ними досуг.

Наутро садимся в добротные джипы и выезжаем в сторону базового лагеря - он расположен на высоте 5200 метров. Наш груз вместе с поварами и высотными носильщиками поедет на трех китайских грузовиках, чем-то напоминающих старые ЗИЛы, в народе именуемые «Захар».

Джипы медленно, но уверенно пробираются по горным грунтовым серпантинам. Это древний торговый путь, который соединяет Непал со столицей Тибета - Лхасой. Вокруг - серо-коричневая пустыня, напрочь лишенная растительности. Синее безоблачное небо. Кажется, что ты попал в мир, только что созданный Богом, и нет еще ни растений, ни животных, ни человека. Но, когда глаз привыкает к однообразию, начинаешь различать то кучку одноэтажных домиков с плоской крышей, почти сливающихся с пейзажем, то маленькую тибетскую лошадку, запряженную в повозку на велосипедных колесах, то черно-белые точки стада баранов, разбросанного по склону холма. Но чем ближе подбираешься к Лхасе, тем чаще встречаются традиционные тибетские поселки. Обычно это 20-30 домиков на склоне холма, с трапециевидными окнами, окрашенных в красный, черный и зеленый цвета, окруженных террасами полей, на которых пашут на волах деревянным плугом прокопченные палящим солнцем мужчины и женщины.

Не доезжая до тибетской столицы 300 километров, сворачиваем вправо, виляя по серпантинам, и через 100 километров дорога упирается в язык ледниковой морены, спускающийся с подножья Эвереста. Здесь ставим базовый лагерь, в котором нам предстоит прожить два месяца, уходя на маршрут и возвращаясь сюда, как домой.

...Вот она, перед нами - северная стена величайшей в мире горы. Ее частично закрывают облака. Высота - 5600 метров. Яки дальше не пойдут, для них тропа непреодолима, им предстоит обратный путь. Здесь устраиваем первый передовой лагерь. Выше нас будут сопровождать только носильщики. Взяв часть груза, продолжаем идти по правой стороне ледника, точнее, по узкому пространству между льдом и склоном, рассчитывая поставить второй передовой лагерь на высоте 6200.

Дойдя до места, где дорога выходит на ледник, носильщики отказываются идти дальше. Они боятся скрытых трещин, да и их легкая обувь не подходит для этих условий - ноги по колено проваливаются в снег. Приходится останавливаться, ставить промежуточный лагерь и начинать затяжную торговлю. Сходимся на двух условиях: во-первых, увеличивается гонорар и, во-вторых, альпинисты протаптывают каравану дорогу, вырубают ступени на скользких участках, а в опасных местах провешивают веревки.

К концу следующего дня подходим к глубокой трещине, отделяющей ледник от горы. Здесь будут провешены первые веревки. С этого места и начнется настоящая альпинистская работа, которая продлится два месяца.

Эта работа - для настоящих мастеров: для восхождения был выбран маршрут по центру северной стены. Этим путем вершины еще не достигал никто - несмотря на целый ряд попыток. В 1982 году здесь пыталась пройти американская группа: она поднялась до высоты 7900 метров, на которой один человек сорвался в пропасть. На вершину они не взошли. Осенью 1983 года, достигнув отметки 7600 метров, повернула назад швейцарская команда: тяжелую травму получил руководитель группы. Зимой 1983-1984 годов попытку предприняли японцы - тоже неудачно, и снова погиб человек. А в 1984 году англичане остановились на высоте 6840. Один участник восхождения погиб, четверо получили травмы. Главную проблему, оказавшуюся непреодолимой для предыдущих восходителей, представлял скальный пояс - скользкий, залитый льдом. Штаб нашей команды постарался максимально учесть опыт предыдущих экспедиций. Проводилась разведка маршрута: весной 2002 года на месте уточнялась линия подъема, в следующем году группа разведки поднялась по центру стены до высоты 6800 метров. Костяк команды составили опытные альпинисты, в 2001 году совершившие первое восхождение на последний непройденный восьмитысячник - вершину Лхотзе Среднюю. Но полностью избежать напряженных ситуаций в ходе штурма все равно не удалось. Летящими камнями были травмированы Николай Жилин и Юрий Ермачек. Несколько альпинистов уже на последнем участке приняли решение сойти с маршрута.

Из сообщений руководителя экспедиции Виктора Козлова. 29 мая. «Группа Шабалин-Тухватуллин-Мариев вышла из лагеря на отметке 8300 метров. С собой они несут палатку, веревки, газовую горелку, еду. Поднялись до 8600 метров и наткнулись на крайне сложные скалы. Попытались их пройти, но через половину веревки вынуждены были остановиться на ночевку. Спальных мешков с собой не было, ночевали в пуховках. Сегодня они продолжили работу на скалах. Удалось пройти еще веревку. Ночуют там же, на 8600. У ребят осталось очень мало кислорода, взяли только по два баллона на человека, просто больше не унести. Поэтому они его экономят, используют крайне редко. Попытаются пройти левее - вроде бы там полегче... Завтра или пробьются к вершине, или должны будут спускаться - четвертые сутки на высоте 8600 находиться нельзя».